Газета «Золотое кольцо» / Будто мы и креста не носили….

Мы уже не раз рассказывали о деятельности благотворительного Фонда Анатолия Лисицына. Все большему количеству наших земляков становится известной работа фонда. В основном это люди, попавшие в беду, воспитанники детских домов, члены многодетных семей. В мае фонд приступил к реализации крупного международного проекта -восстановлению кладбища русских эмигрантов (офицеров Белой гвардии) в столице Сербии Белграде. Об этом в своем интервью рассказал нам председатель попечительского совета фонда, депутат Государственной
думы РФ Анатолий Лисицын.

— Анатолий Иванович, все-таки объясните: почему на фоне огромного количества социальных проблем на Родине ваш фонд обратился к столь экзотической теме?
— Вы знаете, я отрицаю такой эпитет к этому проекту — «экзотический». Вот покупать иностранные футбольные и баскетбольные клубы — это действительно экзотика. А убрать мусор и восстановить поверженные кресты на могилах предков — это не экзотика, это долг. Это вопрос совести, если хотите. Вот смотрите: революция, гражданская война ведь не такая уж и далекая история. В них участвовали деды ныне живущих людей. Но для многих сегодняшних молодых людей и Великая Отечественная, как вы говорите, «экзотика». Благодаря юбилею Победы эти юноши и девушки сделали для себя массу открытий в историческом и нравственном смыслах. Это хорошо. Но что, теперь придется ждать 2012 года, чтобы привлечь их внимание к героям Бородина? А затем 2017-го, чтобы рассказать о белых офицерах, не изменивших присяге?
Понимаете, если перенести эту ситуацию на бытовой уровень, то мы, как общество, напоминаем достаточно успешного человека, который, ссылаясь на занятость, нехватку средств, кризис, не ухаживает за могилой отца. Вот ходит такой человек в красивом костюме и говорит правильные слова, а потом вы узнаете, что на могиле его папы бурьян по пояс и памятник валяется. Как вы к нему станете относиться? Какая уж тут экзотика… Совесть не бывает актуальной или неактуальной — она или есть, или нет.
Иногда я слышу критику относительно проекта и такого рода: «А что вы сделали на Родине для светлой памяти павших, чтобы обращать внимание на зарубежье?»
— Интересно, что вы на это отвечаете?
— Правду. Дело в том, что я считаю, что имею моральное право заботиться о своих павших соотечественниках где угодно. Потому что никто не заставлял меня полностью восстанавливать сельское кладбище в Тверской области, где похоронен мой отец-фронтовик. Это было сделано без помпы, без юбилейной шумихи. Я привлек меценатов, и силами поселковой администрации мы привели в порядок все могилы, обратив особое внимание на памятники ветеранам (их более 40). Построили небольшую часовню, где на мраморных плитах теперь выбиты имена всех павших фронтовиков этого села. Называется оно Петровское, Санковский район. 9 мая я был там на могиле отца и отметил, что по прошествии 5 лет кладбище по-прежнему содержится в надлежащем состоянии. Уже без посторонней помощи. Просто местные люди прониклись идеей уважения к памяти, увидев, как это может и должно быть.
И никто не заставлял меня всеми правдами и неправдами вызволять из Болгарии бюст нашего земляка — маршала Федора Толбухина. Если помните, там он сверженный с пьедестала валялся на свалке с петлей на шее из троса — ждал переплавки. Сейчас он на почетном месте в городе Тутаеве. Хотя меня и тогда обвиняли в пиаре. И сегодня кто-нибудь обязательно обвинит. И что? Извиниться и отступиться? Не в моих правилах.
Более того, пиар — это совершенно неизбежная и осмысленная составляющая работы любого благотворительного фонда. Лишь на крупных, общественно значимых проектах благотворительные организации зарабатывают авторитет, который в дальнейшем помогает им решать многочисленные насущные проблемы земляков. Таковы аксиомы этого «жанра». Профессионалы это понимают. А критики бояться — так это на печи молча лежать надо. Хотя все равно достанут.
— Что вам уже удалось сделать к сегодняшнему моменту? И откуда планируете добывать средства на восстановление некрополя? Бюджет, частные пожертвования?
— Я уже полтора года занимаюсь этим вопросом. Главное, что за это время мне удалось заручиться поддержкой единомышленников. И среди них председатель Государственной думы России Борис Грызлов. Высший политсовет «Единой России» принял решение о создании специального попечительского совета по восстановлению кладбища в Белграде. Сейчас активно формируется его сербская часть. Однако это далеко не единственный успех. В Белграде и Москве я провел десятки переговоров и встреч с политиками, государственными руководителями, бизнесменами и меценатами (только с мэрами Москвы и Белграда я встречался трижды). И сегодня наш проект выходит на новый уровень конкретики.
Не дожидаясь окончания всех достаточно бюрократических процедур по формированию попечительского совета, фонд оплатил работы по инвентаризации русских захоронений и созданию эскизного проекта восстановления кладбища. Совместно с Русской православной церковью, ее подворьем в Белграде мы приступили к этим работам и рассчитываем, что в июне у нас на руках будет вся проектная документация. После этого мы будем понимать стоимость всех работ.
— И все-таки, где планируете изыскать средства?
— Вряд ли это будут бюджетные средства. Хотя буквально три года назад правительство РФ выделяло около 700 млн. рублей из бюджета на оплату аренды за русские могилы в Париже. В данном случае, возможно, руководство страны окажет политическую поддержку, как это уже сделали, к примеру, министр иностранных дел Сергей Лавров и министр МЧС Сергей Шойгу, и лишь частично финансовую. Основная надежда на неравнодушных людей. Они могут быть самого разного достатка, и размеры их взносов тоже будут отличаться. Для многих крупных бизнесменов оказалось важным, что наш проект поддержан руководством «Единой России», а кто-то доверяет лично мне. Вот, в частности, банковские круги хорошо реагируют.
Может быть, не останутся в стороне и регионы. На этой неделе мы делегируем в Белград нашего земляка, преподавателя педагогического университета имени Ушинского Петра Аграфонова. Этот молодой талантливый историк одним из первых поддержал нашу идею и даже готов организовать выезд в Белград ярославских студентов-историков для практических работ. К этой идее мы обязательно вернемся, но сейчас задача Петра Аграфонова — это связаться со своими сербскими коллегами и наладить работу по историческим исследованиям. Ведь за каждым именем на могильной плите небывалые по своей трагичности судьбы! Мы планируем обратиться к тем губернаторам, земляки которых похоронены на Русском кладбище в Белграде. Конечно, у российских регионов сегодня дефицит финансов, но, поверьте моему опыту, привести в порядок десяток могил своих земляков — это нетрудно. Необязательно использовать для этого бюджетные средства. Кстати, мы не исключаем, что в сербской земле похоронены и ярославцы.
— Вы упомянули, что помимо ваших и «Единой России» контактов с крупным бизнесом рассчитываете и на помощь простых россиян.
— Да. У нас в планах размещение обращения не только на сайте фонда, но и на сайтах десятков дружественных нам организаций. В перспективе, если удастся, мы хотим разработать специальный сайт, посвященный Русскому кладбищу. На нем в он-лайн-режиме можно будет следить за ходом восстановительных работ, но главное — люди смогут узнать истории всех похороненных соотечественников, узнать о поступках, мыслях и чаяниях этих удивительных русских людей.
— Вы, судя по всему, активно используете современные средства коммуникации.
— Всегда старался идти в ногу со временем. Разве можно представить сегодня современного политика без интернета? Сегодня без компьютера ты будешь слепым, глухим и немым. Будешь проигрывать в оперативности, в скорости принятия решений, а для политика это приговор. Те, кто меня хорошо знает, понимают, что я никогда не боялся учиться и не боялся новых идей.
Интернет, кстати, незаменимая вещь для политика. Это же зеркало. Каждый день узнаешь о себе и своих делах столько нового! (Смеется.) Например, об этом сербском проекте люди пишут самое разное. Иногда приходишь в уныние: почему в любом поступке нужно видеть корысть, злой умысел? Видимо, это те, кто судит по себе. Чего только я не читал!
Полярные оценки. Некоторые считают, что бывший губернатор просто «с жиру бесится» и придумал себе причину «за границу кататься». Поверьте, если бы я хотел, то мог бы организовывать себе заграничные командировки 2 раза в месяц. И отнюдь не в Сербию, а куда-нибудь поинтересней. Но потом читаешь следующее: «Я живу в Ярославле. К сожалению, ничем не могу помочь вашему начинанию по приведению могил русских офицеров в порядок. Но хочу поддержать вас и прошу: не отступайте. Потому что я горжусь, что мой земляк обратил внимание на такое богоугодное дело. Не отступайте!»
После таких слов перестаешь обращать внимание на клевету, тем более что пишется она закомплексованными людьми, которых у нас в области меньшинство.
— Поздравляем, Анатолий Иванович, с началом такого крупного международного проекта, но надеемся, что вы также не останетесь в стороне и от нужд ярославцев.
— О поздравлениях говорить еще очень рано. Пока нам удалось лишь сдвинуть дело с мертвой точки. В одном белогвардейском романсе поется: «Все теперь против нас, будто мы и креста не носили…» Так вот, теперь это уже не так: думающие и совестливые люди не против нас!
А что касается нужд ярославцев, то это повседневная работа фонда. Она никуда не исчезла и не исчезнет. Мы будем продолжать помогать в меру сил нашим землякам, попавшим в беду. В первую очередь это относится к больным детям и сиротам. Знаете, хотя невозможно помочь всем нуждающимся, мы стараемся не оставлять без внимания ни одну просьбу. Ведь чаще всего приходят люди уже разуверившиеся и отчаявшиеся. Приходят в фонд как в место, где живет их последняя надежда. Поэтому будем продолжать работать. Словом, как пел Высоцкий, обращаясь к друзьям и врагам: «Не волнуйтесь — я не уехал, и не надейтесь — я не уеду!»
Беседовал Денис ПОТАПОВ.


Источник публикации